GPL. Гарантия свободы?

GPL. Гарантия свободы?GPL — разработанная Ричардом Столлманом (он же — RMS) и Фондом Свободного Программного Обеспечения лицензия, гарантирующая что программа навсегда останется свободной и доступной для всех. С формальной и юридической точки зрения не подкопаешься. Многие пробовали, у них ничего не получилось. Четыре свободы, сформулированные Столлманом гарантированы отныне и вовеки веков.

Четыре свободы

Пользователь свободного ПО может запускать программу где и как пожелает (свобода номер ноль или базовая свобода), изучать ее декомпилируя, дизассемблируя или любым другим способом (свобода номер один), изменять как посчитает нужным (свобода номер два) и распространять любым удобным способом (свободна номер три). Единственная оговорка: вместе с работающей программой разработчик также должен выложить в открытый доступ исходный код.

Лицензия не оговаривает запрет продажи программного обеспечения и некоторые дистрибутивы Linux можно увидеть в магазинах. Другое дело, что доступность исходных кодов позволяет любому грамотному человеку скомпилировать программу самому.

Лицензия, вопреки расхожим мифам, не обязывает использовать все четыре свободы. Человек волен запускать программу, но может и не делать этого. Единственная обязанность пользователя — выложить в открытый доступ исходные коды в том случае, если он решил распространять измененную программу.

Несвободное (частнособственническое или проприетарное) программное обеспечение порой не имеет ни одной из четырех свобод. Photoshop, например, нельзя установить и запустить на том количестве компьютеров, которое пользователь посчитает нужным. То же относится ко многим другим программам и операционным системам. Поэтому за одно и то же действие свободное сообщество похвалит и поблагодарит, а корпорации будут грозиться штрафами. Речь идет, конечно, об установке нового программного обеспечения.

В яростной борьбе против свободного ПО бизнес смешал два понятия: свободные и бесплатные программы. Идея проста: если из четырех свобод выкинуть три, оставив лишь базовую, это уничтожит сообщество. Если пользователь не сможет изучать как работает программа, изменять и распространять, это значит остановку развития свободного ПО, разрушение единой производственной цепочки, где пользователь также важен как разработчик, а организованное сообщество трудится на равных с руководителем проекта.

«Бесплатное» ПО может оплачиваться в лучшем случае легальной рекламой, в худшем — троянами или червями на компьютере пользователя. В общем-то, чего рассказывать, любой пользователь Windows это подтвердит. Бесплатные программы далеко не всегда свободные. Они могут находиться в точно такой же частной собственности как Windows или Mac OS, а потому несут в себе те же недостатки, что перечисленные выше популярные несвободные операционные системы.

Бизнесу удалось одержать частичную победу, но будем откровенны: это временное достижение и оно сохранялась очень недолго. Linux завоевывает домашние компьютеры, но с одной оговоркой. Пингвин селится не на вычислительных машинах среднестатических домохозяек, а в домах людей, интересующихся окружающим миром, которые хотят что-то узнать и что-то сделать.

Точно сказать сколько пользователей Linux в России на данный момент затруднительно. Он не продается (по большей части) и нигде не регистрируется. Поэтому лучше всего анализировать распространенность операционной системы на основе открытой статистики.

Как сообщает opennet со ссылкой на известное агентство, доля Linux на персональных компьютерах превысила два процента. Много это или мало? Смотря как считать. Например, развлекательные сайты посещают в основном пользователи Windows, а вот на Википедии аж 16% посетителей используют Linux. Правда статистика считает пользователей Android как пользователей Linux, что в корне не верно, но факт остается фактом: на образовательных ресурсах доля линуксоидов растет.

Появилась маленькая, но цельная отдельная экосистема. Она отторгает проприетарные программы и затачивается под работу свободного ПО. На Linux переходят исследовательские центры, научные лаборатории. Даже в европейском ЦЕРНе стоит именно Linux. Это хорошие новости, но как и везде, есть еще обратная сторона.

Потерпев неудачу с попыткой вытеснить свободное ПО бесплатным бизнес придумал другую стратегию: изменить Linux изнутри, лишить его четырех свобод под аккомпанемент о дальнейшем развитии. Сама по себе тактика эта не нова. Как говорится, не можешь победить движение, так возглавь его. Тем более, стратегия была не единожды опробована в гораздо более страшных столкновениях и, сыграла роль даже в разрушении СССР. Что говорить о каких-то там свободных программах.

Как свободное ПО теряет свои завоевания без единого нарушения GPL? Есть много способов:

  1. Встраивание несвободных компонентов. Лицензия не запрещает. Некоторые создатели дистрибутивов Linux этим пользуются, обеспечивая своим творениям поддержку закрытых стандартов и проприетарных технологий. Например, flash. Давно известно, что технология ненадежная, дырявая, потенциально опасная для пользователя. Плееры от Adobe шпионят и даже не особо это скрывают.

    Мало того, что технология вредна, так ведь еще и устарела на несколько лет. Тем не менее, некоторые дистрибутивы Linux поддерживают flash ради «удобства» конечного пользователя.

    Свобода приносится комфорту в жертву и вот уже тает способность понимать как работает программа. Конечно, отдельные несвободные компоненты вряд ли создают такую же угрозу как слежка в Windows 10, но ведь к этому надо добавить еще и несвободные прошивки BIOS (можно исправить самостоятельно, но многие ли это делают?), несвободные драйвера и так далее. Все это вместе создают известную опасность в некоторых популярных дистрибутивах Linux.

    Пусть читателя не вводит в заблуждение кажущаяся невысокая опасность отдельных несвободных компонентов. Контрреволюция никогда, ведь, не начинается с полной отмены революции (а свободное ПО — настоящая революция в производстве). Нет, контрреволюция протаптывает себе дорогу тихо, незаметно и поначалу рядится в революционные одежды.

    Создатели некоторых популярных дистрибутивов Linux говорят что несвободные компоненты повышают комфорт работы. Но разве стоит жертвовать свободой ради этого? И разве главная задача свободного ПО не дать всем и каждому возможность изучать и развивать программы?

  2. Комфорт вместо свободы. Отношение с пользователем в Linux всегда в корне различалось от такового в Windows и других проприетарных системах. Частнособственническое ПО не ориентировано на понимание со стороны пользователя. В руководстве по эксплуатации Windows, например, можно иногда прочитать километры текста о том, куда следует нажать в случае неисправностей, но ни слова о том, что в это время происходит «под капотом». Пользователь вынужден слепо следовать инструкции, но он не понимает что происходит.

    В Linux подход другой. Его можно назвать «от понимания к действию». В инструкциях, может быть, немного сказано о том, куда надо нажать или что где прописать в конкретной ситуации, но зато прекрасно объяснено как работает система. Пользователь волен делать с ней все, что захочется, а понимание подкапотного устройства развязывает руки. Можно менять только внешний вид, а можно скомпилировать ядро под свои нужды, добиться роста производительности иногда на 15%. Для слабых компьютеров это важно. Эта особенность — неотъемлемое условие свободы изучать программу.

    Некоторые дистрибутивы Linux ставят комфорт выше свободы. Они убирают возможность самостоятельной настройки системы в сколь-нибудь значимых масштабах или позволяют это делать только с помощью графических утилит, где тоже не до конца понятно что происходит.

    Никакого формального запрета изучения программы нет, а такие «полусвободные» компоненты легко удаляются и заменяются другими. Но тенденция развития этих дистрибутивов Linux настораживает.

  3. Сотрудничество с проприетарщиками. В свое время RMS предупреждал сторонников свободного ПО о недопустимости сотрудничества с производителями частнособственнического программного обеспечения. Дело в том, что у проприетарщиков есть одно преимущество: они могут брать наработки свободных производителей и использовать их в своих продуктах, экономя тем самым на программистах.

    Но одним воровством дело не ограничивается. Частнособственнические программы включают в себя элементы свободных, развивают свою часть кода и превращают свободное ПО в часть закрытого. Это прекрасно видно на примере Mac OS. Часть кода операционной системы защищена лицензией GPL и, тем самым, свободна. Проблема в том, что без проприетарной части тот свободный код бесполезен.

    Подобное повторяется в Windows 10. Внутри операционной системы от Microsoft имеются файлы ядра Ubuntu GNU/Linux и инструментарий bash. Причем сделано это с явного согласия руководителя Ubuntu Марка Шаттлворта. Очевидно что такая интеграция Linux в Windows крайне опасна для сообщества, которое уже успело высказать свои опасения политикой Шаттлворта.

  4. Продажа Linux. Как ни странно, но это самая маленькая опасность для свободного ПО как такового. Дело в том, что коммерческие дистрибутивы Linux, как правило, оказываются хуже некоммерческих, а потому серьезного ущерба сообществу они не наносят. Это все лишь еще одна форма воровства бизнесом идей у свободных разработчиков. Код крадется у всех на виду и совершенно открыто, только поэтому это воровство кажется наиболее опасным. В действительности коммерческие дистрибутивы Linux отмирают и полностью вымрут даже если им специально не помогать в этом. Главное — не мешать.

Linux и сообщество

Дистрибутив Linux нельзя представить без сообщества. Это альфа и омега свободной операционной системы. Речь не только о пользователях, но и о добровольных помощниках, распространителях, разработчиках и т. д. Каждый дистрибутив предлагает свою модель взаимодействия с сообществом.

Самые авторитарные, коммерческие дистрибутивы, предпочитают рыночные механизмы. Они могут не продавать сами дистрибутивы, но взимают плату за добровольную поддержку или предлагают дополнительные платные услуги. Но даже в этом случае рыночная логика не главенствуют. Все дело в сообществе. В случае затруднений всегда можно обратиться на форум или разработчикам от сообщества. Нередки случаи когда сообщество существует как бы отдельно от основной ветки дистрибутива и пользователь предпочитает получать программы именно от сторонних разработчиков.

Наиболее демократические дистрибутивы предлагают выборность всех руководителей и их сменяемость раз в год, причем голосовать имеют право даже простые пользователи операционной системы. Куда идет развитие дистрибутива, какие будут изменения, менять или нет существующие критерии — на голосование выносится все. Причем сами голосования реализованы в форме этакой многоступенчатой системе Советов, пусть они и располагаются в интернете.

Есть переходные формы: сообщество имеет право выбирать и назначать руководителей подразделений, но руководство проекта в целом не избирается. Такое разнообразие моделей гарантирует что Linux не будет сдан проприетарщикам даже в том случае, если руководство всех авторитарных дистрибутивов пойдет на поклон в Microsoft. Всегда остается демократическое сообщество, да и миграция с одного дистрибутива на другой не очень-то сложна.

Что надо сделать немедленно, так это полностью отделиться сторонникам демократии от тех, кто ищет «удобства» или «комфорта». В конце концов, Linux это система, основанная и построенная на четырех свободах и другим он быть не может, а если и попытается, получится какая-то другая операционная система. Пример Android доказывает это как нельзя лучше.

RMS, например, не пользуется ни одним проприетарным продуктом. Долгое время у него даже телефона не было из-за отсутствия свободных прошивок и, тем не менее, производительности его компьютера более чем достаточно для выполнения сложных задач. Я советую делать то же самое всем пользователям свободных программ. Исключите из своей системы все проприетарные компоненты, обновите BIOS, устраните саму возможность слежки за компьютером.

С другой стороны, сходу отвергать тот или иной дистрибутив Linux тоже нельзя. Если сообщество решит что дистрибутив идет в неверном направлении, любой может сделать форк, использовать код другого проекта в качестве старта для своего. Это не редкость. Например, окружение рабочего стола GNOME 3 и GNOME Shell получили не очень хорошие отзывы у любителей классического GNOME 2. Форки не заставили себя ждать. Появились Gnome-flasback, который почти полностью дублирует Gnome 2, Mate, Cinnamon и другие. У дистрибутивов тоже есть свои форки и у того же Ubuntu их немало. Иногда руководителям форков удается переманить на свою сторону ведущих разработчиков оригинальных изделий и тогда основная ветка постепенно затухает, а развивается альтернатива.

Linux силен сообществом. Даже самые авторитарные дистрибутивы вынуждены ориентироваться на мнение пользователей, а руководители проектов понимают, что в сущности они только координаторы, а власть их достаточно мала. Поэтому я приветствую всех, кто ставит «полусвободные» дистрибутивы и очищает их от ненужного хлама, кто делает форки для развития свободного программного обеспечения и тех, для кого использование Linux продиктовано не желанием сэкономить (рыночным мотивом), а потребностью учиться и одновременно пользоваться хорошей и безопасной операционной системой.

Какие отношения связывают сообщество и наиболее авторитарные руководства? Это не классический наем рабочей силы. Сообщество существует автономно и не контролируется компанией ни в какой мере. Это и не бизнес-партнеры. Сообщество не действует на рынке. Кажется, будто эти структуры существуют отдельно друг от друга и особо друг в друге не нуждаются. Это не так.

Нигде не существует поддерживаемого дистрибутива Linux без сообщества. Оно меняет форму от дистрибутива к дистрибутиву, но есть всегда.Например, в Debian сообщество организовано в неформальные горизонтальные структуры и работают легально, а сообщество Kali Linux делится на две неравные категории хакеров и работников информационной безопасности. Причем первых больше. Даже рыночные дистрибутивы зависят от сообщества и в нем нуждаются.

Но есть пример дистрибутивов Linux, где нет никаких организационных структур кроме сообщества. Например, дистрибутив Trisquel основан на Ubuntu, но развивается исключительно сообществом, причем целью объявлялось очищение Ubuntu от проприетарных компонентов. Или Debian — один из старейших и популярнейших дистрибутивов, тоже создается исключительно силами сообщества.

Получается, что компаниям сообщество нужно, но сообщество от компаний не зависит. Следовательно, отношения между ними это не норма, а разновидность отклонений или деформация естественных отношений, которые царят внутри сообщества. Они не могут быть поняты, если с самого начала точно не уяснить себе что мы имеем дело с искажением нормальной ситуации.

Естественное состояние сообщества такое, при котором все решения принимаются демократически внутри горизонтальных структур. Подчеркну что форма этой демократии может быть какой угодно. От прямой до представительной. Это в данном случае не важно. Главное что нет никакого органа, который бы не подчинялся сообществу, а возвышался над ним.

Отделение руководства от сообщества позволяет первым присваивать труд вторых. Обычно это называется эксплуатацией, но это верно только для тех случаев, когда оба участника нужны друг другу. В нашем случае это не эксплуатация, а паразитизм. То есть банальное воровство. Причем, в первую очередь, информационное воровство, а поскольку информация не исчезает при передаче другому, то в целом, сообщество переносит эту кражу без каких-нибудь существенных потерь.

Поэтому даже наиболее авторитарные компании, которые решили развивать Linux не смогут уничтожить хороший дистрибутив. Сообщество не позволит. Да, может поменяться название, но скажем честно: разве важно как называется дистрибутив, если он правда хороший? Вспоминается старый анекдот про «вам шашечки или ехать?».

Простым пользователям остается пожелать выбрать самый свободный дистрибутив для своих целей и не бояться мигрировать на другой, если первый по каким-нибудь причинам перестал устраивать. Выбор большой. Тем более, что свободные прошивки, драйвера и остальные микропрограмы не уступают проприетарным ни в качестве, ни в производительности.


Комментарии:

One thought on “GPL. Гарантия свободы?

  1. В общем случае распространитель программы, полученной на условиях GPL, либо программы, основанной на таковой, обязан предоставить получателю возможность получить соответствующий исходный код.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *